The Reaction и Роджер Тэйлор

Школьные годы

Развитие Роджера, в музыкальном плане, началось не очень удачно. Дело было в Труро, в 1957. Семья Тэйлоров, переехав в этот корнуэльский город из Кингс Линн, в Норфолке, записали юного Роджера в младшие классы местной Школы Bosvigo. А немного погодя он сформировал свой первый вокально-инструментальный ансамбль под названием The Bubblingover Boys. "Ни один из нас, фактически, не мог нормально играть. Мы только стояли там и бренчали по струнам, подбирая немелодичные аккорды. Это было чудовищно!"

В 1961, на рождество Тэйлору задарили пару барабанов, но лишь спустя три года он научится с ними обращаться надлежащим образом. Первый удачный музыкальный опыт Роджер получил в Школе Труро, местной общеобразовательной школе. Сформированная там группа, это было инструментальное трио, имела ряд различных названий, например Beat Unlimited или Cousin Jacks.

Вспоминает одноклассник, живший по соседству с Тэйлорами, Майк Дадли: "Я в группе был гитаристом, Роджер на барабанах, а на басе парень по имени Дэвид Доудинг". Кто-то называл еще одно из имен группы - The Falcons, но, "я не помню это", утверждает Дадли, "хотя это не значит, что этого не было".

Майк Дадли датирует формирование Beat Unlimited на 1964 год. "Самая ранняя фотография, из моего альбома, на которой я с Роджером в одной группе, сделана в конце июля того года", говорит он. "Мы репетируем в сарае на ферме, принадлежавшей родителям Дейва Доудинга. Это в Нью Милс, сельскохозяйственной области, сразу за пределами Труро. Если приглядеться Вы можете заметить седло на стене позади Дейва. Роджер здесь выглядит на двенадцать и ростом 4 фута 6 дюймов, хотя на самом деле ему тогда было пятнадцать. "Мы играли самые обычные вещи, те с которых все начинают", вспоминает Майк. "Shadows tunes like" "Riders in the Sky", где Роджер играл на гитаре, "Apache", "FBI" и "Midnight". Тогда, ни одного из нас нельзя было назвать выдающимся вокалистом. Не припомню как звали певца который приходил и мы исполняли песни Rolling Stones, по аккомпонимент Чака Берри."

Группа выступала для школьных друзей и частных вечеринках, а однажды даже выступила для местной Либеральной партии. Ходят упорные слухи, что в тот период были записаны некоторые живые выступления, но на самом деле ничего подобного не происходило. В начале 1965, Майк и Роджер оставили Beat Unlimited/Cousin Jacks и приняли предложение присоединиться к Johnny Quale & the Reactions, после встречи с вокалистом Джонни Гросом и гитаристом Грэмом Хэнкинсом. Группа разрослась до шести участников. Другими участниками были Джим Кравен на басе, и Джон "Akcer" Cнил, поклонник некоего Mr Bilk, на саксофоне.

"С Джонни Куайлом", вспоминает Майк Дадли, "что мы только не играли - поп, "Muddy Waters" блюз, "What" d I Say" Рэя Чарльза, Swinging Blue Jeans (старый блюз), и баллады в стиле Elvis Presley и Billy Fury, по которым Джонни был большим специалистом. И мы, периодически, ему подыгрывали ним. Джонни был довольно убедительным клоном Элвиса и Фури. Хотя он и пел, но имел проблему с голосом, и ему приходилось пить глицерин и подобные отвратительные вещи".

Вопреки проблемам с голосом, 15-ого марта 1965, Грос чувствовал себя достаточно уверенным, что бы во время пятого ежегодного чемпионата Rock-n-Roll Rhythm в Корнуолле переодеться, и выступать в роли Джонни Куола. Судьи были "одной из ведущих групп Девона, The Couriers, которые были выбраны после того, как конкуренты жаловались, что "судьи должны быть лучше осведомлены в последних тенденциях популярной музыки. Предыдущий набор импресарио от местного танцклуба, the Flamingo, спекся в Redruth,"- добавляет Майк Дадли.

800 подростков приобрели тогда шестипенсовые билеты, чтобы попасть в, битком заполненный, Муниципалитет Труро той ночью. Johnny Quale and the Reactions исполнили две песни, но не смогли победить.

Брокеншоу

"Я помню, кто и почему победил, "говорит Майк". То была R&B группа из St. Austell с гармоникой и прочим, называвшаяся The Individuals. Они выступили с "I'm a Man all dressed in their parkas". Когда занавес распахнулся, перед зрителями предстали их спины. Они обернулись и начали петь, и затем очень привлекательная девочка, которую они вероятно пригласили к себе той ночью, вышла и станцевала весьма занимательный танец. В 1965 такие штуки прокатывали на ура. Мы приехали четвертые, но несколько дней спустя, Роджер оприходовал девчонку, отомстив таким образом!" В оставшемся 1965 The Reactions продолжала выступать в окрестностях Труро, помощь Джонни Куола с его репертуаром баллад. К ноябрю The Reactions разошлась с Куолом - после инцидента на выступлении, предшествовавшему выход фильма о Элвисе. The Reactions нашли другого вокалиста в лице яркого помощника мясника по имени Роджер Брокеншоу. Как и у его предшественника, у Брокеншоу, одноразового профессионального конферансье, был сценический псевдоним - Sandy - который прилип к нему с тех пор когда он был в команде Sandy and the Beachboys. Он вступил в ряды The Reactions благодаря его работе, раскручивание провинциальных танцполов. "Однажды ночью, Он предложил нам сыграть несколько песен с ним вместе", вспоминает Майк Дадли, "ну мы и попробовали". Он был принят.

"Я пел c ранних лет", признается Роджер Брокеншоу "и был вездесущ". Родился в 1941, начал петь приблизительно в 1952, и до сих пор пою на профессиональной основе. В 1965, Брокеншоу, в его 24 года, был значительно старше чем подростки из Школы Труро. Он обладал не дюжим обаянием, в основе которого лежал его опыт: "я был за границей", говорит он, "и имел четкое представление о бизнесе".

"Роджер Брокеншоу был хвастун", считает Рики Пенроуз, который в следующем заменил Джима Кравена на месте басиста The Reactions. Но он был сильной личностью, оказывая сильное влияние на происходящие вокруг события. "Также у него были связи, у Брокеншоу был доступ к значимым персонам, включая некоторых из Штатов", вспоминает Майк Дадли. "Это означало, что мы могли исполнять песни, о происхождении которых никто еще не догадывался. В 1966, мы получили права "Painter Man" прежде, чем он появился на рынке. Иногда в объявлениях мы называли себя The Creation, в таких брошюрах говорилось: "В четверг The Reactions. В пятницу The Creation". Это был такой рекламный ход.

Приверженность Брокеншоу к черной американской музыке привела The Reactions на новые музыкальные горизонты. "На тот момент, по меркам запада, у нас была очень хорошая соул группа", вспоминает Майк Дадли. "У нас был внушающий набор песен "Mr Pitiful", "Shake", "Knock On Wood" "Will You Still Love Me Tomorrow", "My Girl", "Down In The Valley", "In The Midnight Hour" и "Land of 1000 Dance", последние две были весьма популярны. Я немного понимал в нотах, и "Acker" Снил, саксофонист, был хорошо знаком с нотной грамотой. Вместе мы подбирали аккорды и у нас получалось вполне приемлемо". И это было еще не все. "Когда Роджер Брокеншоу вместе с группой, мы чередуем свой соул с роком, где поёт Роджер Taylor. Среди роковых композиций были такие как "Summertime Blues", "Satisfaction", "Long Tall Sally", и "Smokestack Lightning".

The Methodist Hall

17-ого ноября 1965, The Reactions сыграли четыре коротких постановки в "An Evening of Drama and Music in the Methodist Hall, St. Agnes", который включал действия, "Meet George" - комедия Патрисии Брукс, "Miss Tarzan - комедия - фарс Арнольда Инглиш. Также частично сыграли выступление 1965 года на рождественской вечеринке в Школе Труро, с участием вокала гитариста Грэма Хэнкинса.

Музыка изменялась наряду с составом группы. К этому времени, Майк Дадли перешел с гитары на орган - Vox Continental - такая смена оказалась весьма значимой для музыкального развития группы и её успеха. Они также добавили композиции Боба Дилана к их репертуару, такие как "She Belongs To Me", "Desolation Row", "Like A Rolling Stone" и "Ballad Of A Thin Man". "Музыка играла для нас огромную роль", утверждает Майк Дадли. "Пили мы по страшному. Тут напьёмся, там напьёмся. И все мы были бабниками - и Роджер в этом деле, обошёл нас всех, девочки так и хотели запрыгнуть на него. Но все же музыка была превыше всего. Хотя для Роджера в меньшей степени по сравнению с нами. И, видимо потому, что он был лучшим музыкантом в нашей группе. Только он услышит какую-нибудь мелодию, он тут же хочет её сыграть. При этом, если я больше тяготел к блюз, рок и тяжёлый рок, он к поп. По сути, Роджер делал то, о чем другие только говорили, но вот редкое исключение - играть Боба Дилана было его идеей".

В начале 1966 года Грэм Хэнкинс был сменен новым гитаристом Джефом Дэниелом (известный среди друзей как Бен). Чтобы не остаться в долгу, Тэйлор тоже взял псевдоним, "Splodge", выбранный им по скольку рифмовался с Родж. 15-ого марта, с мишенью нарисованной на басе Тэйлора и Роджером Брокеншоу в качестве лидера группы, The Reactions, вновь вступили в борьбу за первенство с дюжиной местных претендентов в шестом Rock and Rhythm Championship. В этом году, судьями были шесть персон, хорошо известных в танцующем мире Юго-запада, и как прежде, 800 подростков битком набили Здание Муниципалитета, каждый поддерживая его или её любимых исполнителей. Местная газета, освещающая новость о проходившем молодежном источнике изобилия под заголовком, "Beat Night Is A Screaming Success", отметила, что "Баннеры, заголовки, и лозунги приветствовали каждую группу. Эмоции возрастали, поскольку конкурирующие сторонники столкнулись в вокальном поединке".

"Я вышел в коротком, розово-синем овчинном жакете" - рассказывает Роджер Брокеншоу. "Мы cыграли, "Will You Still Love Me Tomorrow" и "In The Midnight Hour" Вилсона Пикета. Роджер Тэйлор на бэквокале и я на ведущем. И мы победили!" Согласно прессе Труро, "тысячи фунтов дорогостоящего оборудования использовались на чемпионате, но не хватало разнообразия или новизны в выборе инструментов. И возможно, это послужило причиной победы группы, использовавшей саксофон и электрический орган". The Reactions представила высококлассное, отполированное до блеска выступление, и была вознаграждена за их усилия, толпой молодых девчонок.

Следующее газетное объявление группы в местном "West Briton and Royal Cornwall Gazette" справедливо заявляло: "Не заказывайте группу. Закажите зрелище". Замечен в этом марте 1966 переход от The Reactions (во множественном числе) к The Reaction (в единственном числе). Приз The Rock and Rhythm включал серебряный кубок, предложение прослушиваться на Би-би-си (который не использовался), и счет, предназначенный для проведения тура Gerry and the Pacemakers прошедшего и в Центре Развлечения Корнуолла", Танцзал Фламинго в Redruth.

Теперь гордо провозглашенная как официальный чемпион Корнуолла, The Reaction Роджера Тэйлора объявляла о себе на флаерах как "Поразительная группа из шести участников, с саксофоном и органом". 15-ого августа, они поехали далеко на восток, аж до Дартмута в Девоне для главного выступления, а на следующий день они играли на открытии the Kinks в Torquay Town Hall"s "Summer Spectacular", заканчивающийся парадом мод "Fabulous Mod Fashion parade".

К этому времени Майк Дадли начал собирать альбом The Reaction, резюме печатных и фотографических моментов, собранных в альбоме школы Труро. "Мы использовали такой ход, чтобы заговорить с дамами" говорит Майк. "На обратной стороне была маркировка - "Visitor"s Book" и в то время как мы играли, мы присматривали симпатичных претенденток в зале, а после выступления предлагали оставить запись в этом альбоме. Как только они это делали, мы шли с ними за сцену, где стоял наш фургон, и если мы убеждали их, то залазили внутрь. Как правило убеждать получалось, в этой книге двести или триста "подписей"! Девочек также попросили сделать комментарии. "Fucking Great!" написала одна. "Absolutely great, I hope they continue" отозвалась другая. "Morning Dew is fantastic!". А вот еще одна, говорит "Bloody crummy!" 5-ого сентября 1966 молодая фанатка, Вивиан Тэйлор (никакого отношения к Роджеру) из Ковентри, написала в книге Майка" "Fantastic. All good looking. Ought to make a record". (Пожелание сделать запись, которую они и сделали).

Трио

"Наш старый друг, Джонни Куол, позвонил и рассказал, что он встретил продюсера Нори Парамора с EMI, у которого очевидно был интерес в студии в Wadebridge в северном Корнуолле. Джонни спросил, поддержим ли мы его на записи нескольких песен для демонстрационного диска, что он хотел послать Нори." Куол также получил предложение от телевизионного импресарио Уола Палмера, появиться в его варьете на шоу "Saturday Night At The London Palladium". "Думаю, студия была немного больше чем портативная установка в старом кинотеатре", продолжал Майк. "Таким образом, мы пришли туда, разок попрактиковались и сыграли". The Reaction помогли Джонни Куолу записать четыре песни: "Bona Serra" (Acker Bilk), "Just A Little Bit" (Rosco Gordon), "What"s On Your Mind" (Shelley Smith) и "I'll Go Crazy"(James Brown). Запись завершена, при чем, местами, весьма достойно. Орган Майка Дадли и бой барабанов Роджера - доминирующие особенности на четырех треках. Роджер добавил бэквокалы на "I'll Go Crazy", просто самые сливки квартета Куола. Не удивительно, но тем не менее, ударные Роджера примечательны на всех записях. Его неповторимый стиль техника синкопирования оригинальных ритмов и четкая форма, неумолимо притягивает внимание. Трудно поверить, что семнадцатилетний барабанщик настолько искушен в стиле использования только басовых и тамтамов.

"В конце сессии EP", вспоминает Майк Дадли, "которую сделали за один, или два подхода - вероятно один - кто то нам посоветовал писать еще, и мы записали. Это были "In The Midnight Hour" и "I Feel Good (I Got You)"".

Если Джонни Куол был клоном Элвиса, то это был Элвис в годы проведенные в Голливуде - рассвет Пресли. Но после разрыва The Reaction с Куолом, они сбросили кандалы его анахронического стиля. "In the Midnight Hour" начинается в характерном Queen-style - взрывным соло барабанов Тэйлора, перед его отчетливо хриплым вокалом. Я где то читал, что человеческий голос почти не стареет, и в случае Роджера это абсолютно так: если не обращать внимание на шум, кажется, что диск был записан вчера. I Got You (I Feel Good) - еще один трек, изобилующий вокалом Тэйлора и его виртуозной барабанной дробью.

"Роджер добивался фантастического, глубокого звука на барабанах", вспоминает басист Рики Пенроуз, "В его игре не было ни единого пробела. Keith Moon in The Who was a big idol. Родж был очень быстр и очень силен на басовой педали барабана. Он был просто блестящим барабанщиком".

Майк Дадли, играя ключевую роль в записи, настроен немного более критически. Прослушав диск, впервые за последние тридцать лет, он прокомментировал: "Это было раздражительно - слишком много саксофона. Кроме того, синхронизация не очень и, в целом, немного шумновато. Это разоблачает тот факт, что мы это выдали экспромтом! Как только я прослушал второй раз эту запись, я вспомнил, что мы уволили Джона Снила вскоре после этого, потому что он никогда не мог добиться надлежащего, душещипательного звучания саксофона! Звук просто ужасный!

Были вероятно дюжины копий урезанных EP", добавляет Майк, "ведь Джонни Грос сделал их, чтобы отослать как демо-диски и у каждого из нас было по одной копии. Следовательно было пять или шесть копий".

В 1966году была сделана еще одна запись The Reaction, на сей раз концерт в здании муниципалитета Труро перед тремя сотнями поклонников, вероятно или в июле или в октябре. Тридцати пяти минутная запись содержит восемь песен: "Game of Love", "Hey Mama (Keep Your Big Mouth Shut), "Tell Me Watcha Gonna Do About It", "Slow Down", "Respect", "I Feel Good", "It"s Gonna Work Out Fine" and "Land of 1000 Dances", "я сделал запись на бобинный HMV," вспоминает Нейл Батерсби, администратор разъездного театра The Reaction и водитель их синего фургона Thames Trader van." Я делал эту запись развлечения ради. Думал, что группа её потом послушает, но сомневался. что это будет хоть немного похоже на то что они делали. Если я помещал регистратор в зал, группа создавала слишком много шума. С единственным пластиковым микрофоном, воткнутым в магнитофонный пяти проводной штекер, когда мы испытали это в зале, индикатор дисторшена зашкаливал. Тогда я решил попробовать иначе, вошел в столовую в задней части строения, настроил машину на столе, где мы делали чай и кофе, и наблюдал как маркер индикатора, сводится к приемлемой степени."

С микрофоном в одном помещении и группой в другом - даже такой группой, как The Reaction - не удивительно, что звуковое качество ленты Батерсби довольно плохо. "Я записал выступления перед отсутствующей аудиторией," добавляет он. Однако лента - уникальное документальное свидетельство о деятельности одного из самых известных музыкантов в мире, до обретения им этой известности. Наряду с игрой органа Майка Дадли, решительный, четкий бой ударных Тэйлора и его безошибочно узнаваемый вокал возносят эту запись в статус скрытых сокровищ рока. Когда Великобритания наконец официально признает популярную музыку как составной аспект ее культурного наследия, копия этой записи должна находиться на одном уровне с такими артефактами как конверт от грампластинки альбома Sex Pistols NMTB и точные копии MBE Битлз.

Лента low-fi, технически неисправна, с избыточными басами и с фактически никакими top-end частотами, при сопоставлении со студийными шедеврами Queen, такими как NATO, была бы просто неприятна для слуха. Несмотря на это, как окно в прошлую жизнь рок-звезды первой величины, это бесценное сокровище. Выступление началось с "Game og Love", которая неспешно набирая обороты растягивается на целых 8 минут, прежде, чем The Reaction прибавит темп в развязной R&B "Hey Mama, Keep Your Big Mouth Shut". Версия Лэрри Вильямса "Slow Down" построена вокруг Wurlitzer-organ-style Дадли, который, снова поднимает песню The Reaction далеко от стилевого образа Битлз. Чтобы поставить в заключении восклицательный знак "Land of 1000 Dances", заканчивается всемогущим барабанным крещендо, который Роджер отбивает на всем что под рукой, включая остатки старого семейного фортепьяно, которое водружено на сцену и покрашено. "Он часто продумывал наперед идеи о том, как и что должно быть преподнесено" отметил Рики Пенроуз". Фортепьяно была не единственное решение. Он имел обыкновение натирать бензином верхушки его тарелок и поджигать их.

"Роджер имел обыкновение вызывать к себе симпатию владельцев залов и мест, в которых мы играли", вспоминает Майк Дадли "прибивая четырьмя шестидюймовыми гвоздями свою ударную установку к сцене, чтобы та не скакала по полу. Люди от этого тащились".

"Мы уже были не две гитары, ударные и бас. Наше становление, как соул группа, закончено и начался постепенный переход к року. Мы устали играть четыре аккорда соул композиций. Вообще, мы не делали точных копий чего-либо, кроме большего блюз материала. Позже мы довольно тщательно переработали Hendrix and Cream. Со временем, лента была готова, мы пытались справится без гитары; это был очень полный звук. Тогда мы начали выходить как три участника, Роджер, Рики и я.

К сожалению, самый прохладный корнуэльский чемпионат "66 мы не осилили: "Вскоре после того концерта я загнал орган и купил Stratocaster. Белый. Как у Джимми. Наступил 1967 год. The Reaction стал хорошим и действительно сильным трио. Рики Пенроуз: "Состав группы преобразовался из шести членов, как это было когда я впервые вступил в её ряды во главе с Брокеншоу, в трио в котором были только Майк Дадли, Роджер Тэйлор и ваш покорный слуга. Стиль перешел от соул, к стилю известному сейчас как heavy metal, но тогда он назывался heavy rock. Оставшись втроем на приходилось работать в двое больше, что в свою очередь положительно сказывалось на наших навыках музыкантов. Даже втроем мы создавали замечательный звук".

Несмотря на их музыкальный талант The Reaction была все еще группой перепевщиков (т. н. коверов). "Мы начали играть вещи из арсенала Hendrix, Cream и поздний Fleetwood Mac," говорит Майк Дадли. "Роджер обладал прекрасно подходящей техникой, для некоторых материалов раннего Hendrix. Кит Мун тогда, поражал всех кто его услышал, и Роджер мог сыграть превосходно, но это было менее фигурно. Мы практически никогда не перепевали Who, возможно только "My Generation"".

Будучи сплоченной командой, благодаря обучению в одной школе, распад группы после окончания школы был неизбежен. "Все мы окончили школу в июле 1967", говорит администратор разъездного театра Нейл Батерсби. "Мы разошлись, кто в университет, кто работать, не смотря на то каким крепким был наш союз". Роджер уехал из Труро в октябре 1967, чтобы поступить на курсы Лечения зубов в Лондонской Школе Медицины. Он не возвращался до лета 1968 то, когда The Reaction организовали ряд выступлений, прозванный "Summer Coast Sound Experience". Проводились они в шатре на различных пляжах западного побережья.

"Я помню эти выступления на берегу", говорит Рики Пенроуз. "Спасатели окружили нас кольцом джипов. Песок был везде, в гитарах, акустике. Это было просто ужасно!"

"Мы играли на берегу", вспоминает Майк Дадли, "силовой кабель тянется 200 ярдов от чьей то фермы, не заземленный, без каких-либо мер безопасности. И то лето был жутко дождливое! Но мы сделали немало выступлений, завлекли несколько сотен людей в шатер и хорошо провели время. Это были зрители поневоле, если мы играли где-нибудь в Perrenporth - у людей просто не было иного выбора куда сходить.

Финал

"Есть замечательная фотография", добавляет Майк, "нас играющих в шатре, и там же вывеска "A disastrous booking in a thunderstorm at Trevellas Port." (неудачный заказ в грозу в Тревелас порт). Это было сентябрь 1968, и он запечатлел меня, в одежде с отвратительными цветными вспышками. Мы никогда не были психоделическими. У нас был самодельный простенький наряд с пузырями нефти и воды, но это..." Рики Пенроуз соглашается: "Да, у нас были ужасные цветочные шаровары. Но самое ужасное в этом наряде было останавливаться на бензозаправке".

По сей день слухи сохраняются, что один из летних концертов Summer Coast Sound Experience был записан на пленку: "Не мной", говорит Нейл Батерсби" и было ли это на берегу... "Майк Дадли более уверен". Были две или три ленты, сделанные тогда, но они кажется, утеряны безвозвратно. Мало того, что была лента, сделанная из Summer Cost Sound Experience, но был случай, когда Tape Recorder Club в Труро попросил, чтобы мы пришли и сделали две или три записи. У них были профессиональные машины, и по памяти мы сделали "Sunshine of Your Love" (Cream) и нескольких треков Hendrix, типа "Fire", "Foxy Lady", или возможно "The Wind Cries Mary", "Hey Joe", или "Can You See Me". Один из первых двух - это точно, потому что мы всегда их играли, и если бы мы экспериментировали, это мог быть какой-то из остальных. Это было, когда The Reaction было трио с Роджером на вокале и Рики Пенроуз на басе. Я помню те ленты. Они вышли очень хорошего качества. Фактически это были лучшими лентами, которые мы когда-либо делали. Митч Митчелл был довольно хорош на оригинальных записях и у Роджер вызвал его на бит дуэль. Мы хотели получить копии той записи, но я никогда их не делал и, также, не думаю, что Роджер сделал".

The Summer Coast Sound Experience был лебединой песней The Reaction. Осенью 1968, Роджер Тэйлор окончательно переехал из Труро, и возвратился к его исследованиям лечения зубов, новой жизни - и новой группе, Smile - в Лондоне.

Рики Пенроуз уже отделился от трио, так или иначе; "я был женат, а группа работала фактически каждую ночь. Я играл в группах, с одиннадцати лет, и это уже слишком много для меня. Когда Роджер пошел в школу дантистов, я решил что это конец". Басист из Falmouth, Рик Торнинг, занял место Пенроуза на некоторое время, а после окончательного распада группы, Роджер Тэйлор совершил приуроченную к этому событию поездку на родину, но уже в составе новой команды Smile. Торнинг и Дадли будут иногда присоединяться к Роджеру, Брайену Мэю и Тиму Стафелу на сцене. "Мы сделали несколько шоу с ними", говорит Майк, "но мы уже не дотягивали до того уровня, на котором были остальные парни. Тем временем, я играл в группе с десятью участниками".

Реклама
  • На сайте 2017.casinokbs.me казино онлайн на реальные деньги.
Лучшие альбомы
Лучшие видеоальбомы